February 19th, 2010

polpina

женских рук дело



Приступила к чтению монографии о польской королеве Боне Сфорца, правившей в Бари в XVI веке. Монография написана отцом Джерардо Чоффари, возглавляющим Центр Николаевских исследований при Базилике, и, надо сказать, представляет из себя довольно приятное беспроблемное чтение: простой, прозрачный итальянский в полновесных, но не тяжелых фразах. То, что называется любимым мной словом "nitido". Так вот, после прочтения первой главы обнаружила, что знаменитый наш Норманно-швабский замок никакой на самом деле и не швабский (то, что он не норманнский, я уже знала). За три с половиной века своей истории замок столько раз подвергался разрушениям и временным надстройкам, что в самом начале XVI века достался Изабелле Арагонской (приходившейся родительницей Боне Сфорце) в плачевнейшем состоянии. Именно она, Изабелла, и взялась строить его по-настоящему, сделав, по сути дела, то, до чего не доходили руки у многочисленных знатных мужчин, владевших этой территорией до нее: норманнских, швабских и анжуйских королей. Деваться, как выясняется, Изабелле было просто некуда: относившееся к ее владениям Миланское герцогство было захвачено французами, и пришлось ей податься "в деревню", то есть к нам. Замком герцогиня занялась исключительно потому, что намеревалась превратить его в свою резиденцию и развести там пышный двор - как напоминание о молодых годах в светском Милане. Так, благодаря ей, замок превратился из казарменно-тюремного в культурно-просветительское учреждение. Мужчины, как обычно, думают только о войне. А людская память, как обычно, коротка и неблагодарна. Вот потому и норманно-швабский.